Истории о море. 30-ые беспокойные. Глава 5: Рабыня страсти или до совершеннолетия два года без выезда

Рахиль чуть не расплакалась, видя, как Елизавета трескала вторую тарелку её макарон, добивая их кусками колбасы и запивая всё соком. Ей в деревне давали самую малость еды. Пить она могла сколько хотела, а вот с едой в деревне было строго. И постоянно били. За любую провинность дядя бил палкой. Жена его пыталась как-то защитить девочку, но получив по голове, в прямом смысле этого слова, больше не рисковала. Так она жила, пока дядя не решил, что сломил её, и она готова выступить в качестве товара.

— Но я бы сбежала. — Глаза её сверкали как два бриллианты, огранённые таким вот пушистым ореолом ресниц. — Обязательно сбежала. Выкрала бы документы и сбежала. Мне нужно было только уйти от дяди.

— Вот ты и свободна. — Я достал бутылку коньяка. — Возьмешь документы, пойдёшь в посольство Франции

— Никуда я не пойду. — Она облизала губы языком, выворачивая мне всё внутри. Твоим бы языком, да по томящемуся в трусах! Я вздохнул. — Я от него никуда не пойду.

— От кого? — Рахиль бросила тревожный взгляд на меня. Я же был спокоен. Она в шоке, она видит вокруг врагов, и только я для неё пока друг. Отсюда и такая позиция. — От Андре?

— Да. — Она неожиданно вскочила, бросилась ко мне, обхватила крепкими руками, не прижалась, а вжалась в меня. — Я теперь от него никуда. Куда он туда и я.

— Так. — Рахиль поднялась с табуретки. — Давай-ка девочка спать. Прими душ, я найду, что тебе одеть, и ты ляжешь спать. — За окном моей кухни на мир наваливалась африканская ночь. — Так лучше будет. Слишком много событий за сегодня.

— Андре? — Она уцепилась за меня.

— Я же не могу с тобой принимать душ? — Я погладил по её голове. — Ты, давай, иди, прими душ. А спать я отведу.

— Не обманешь? — Что за вопросы? Хотя, какая она взрослая? Ребёнок, просто повидавший много ребёнок. — Не обманешь?

— Сама подумай? — Я наклонился к её глазам. — Ты же у меня дома? Так? А кто в доме хозяин?

— Ты. — Она бросала взгляды то на неё, то на меня, соображая что-то своё.

— Так, вот. Я, как хозяин, говорю. — Я сделал нарочито суровое лицо. — Быстро мыться и спать! А то на ночь не расскажу сказку.

— Ой! — Она замерла, а потом засмеялась, поняв мою шутку. — Я пошла.

Пока они там возились в ванной, пока Рахиль бегала домой за чем-то там женским, я размышлял. Мыл посуду, думал, собирал вещи в стирку, думал, разбирал почту, думал. Думал, что мне делать дальше? Ударивший мне в голову спермотоксикоз теперь казался таким пустяшным по сравнению с теми проблемами, что вырисовывались впереди.

Рахиль зашла на кухню, села напротив, уставилась на меня, словно я должен был ей что-то рассказать. Я вытащил бутылку конька, поставил рюмки.

— И зачем тебе такой вот? — Она кивнула наверх, где в затихшей ванне возилась Елизавета. — Своих проблем мало?

— Ну, не смог я так мимо проехать. — Я налил ей, себе, плотно заткнул пробкой бутылку. — Не смог.

— На сладенькое потянуло? — Она взяла стопку, опрокинула.

— Чего? — Я даже поперхнулся. Хотя, она может и права? На сладенькое потянуло? — А если я обижусь?

— Знаешь, — она отвернулась, — кажется, я ревную тебя к ней. Ты так на неё смотришь

— А как бы ты смотрела на спасённого ребёнка? — Надо гасить это. То, что внутри меня это моё. Даже если меня . . .

и потянуло на малолеток.

— Извини. — Она поджала губы. — От долгого сидения тут голова начинает как-то не так себя вести. Вокруг это норма, а — Она махнула рукой. — Извини, что так подумала.

— У нас в России есть поговорка. Если хочешь проблем купи маленькую свинью.

— Ха! Интересно. — Она откинулась назад, отбросила волосы.

— Я готова. — Она стояла в короткой ночной рубашке, чуть смушаясь.

— Давай, иди наверх, в спальню. Я сейчас приду. Мне надо Рахиль кое-что сказать.

— Хорошо. — Она повернулась, сверкнув красными трусиками через тонкую ткань рубашки.

— У нее месячные. — Рахиль поправила стопку, потянулась к бутылке. — Нужно будет завтра ей купить средства гигиены.

— Вот, ты мне и поможешь. — Я наклонился, поцеловал в губы — нежно, сладко. — А ты для меня моя женщина.

— Я жена другого человека. — Она выдохнула, впилась губами. И отпрянув назад. — Иди. Просто поговори. И возвращайся.

— Хорошо.

В спальне горел ночник, выбивавший из вещей длинные размазанные тени причудливых контуров. Она уже спала, сжавшись в комок, завернувшись в одеяло. Я сел рядом, посмотрел, как она дышит, наклонился к голове. М! Что за чудесный запах! Так бы и отбросил одеяло, обхватил, а дальше — не выпуская и не вынимая! Но я аккуратно поцеловал её в волнистые волосы, собранные в несколько кос, выключил ночник, на цыпочках пошёл к двери.

— Спасибо. — Голос её не прозвучал, проскользнул ласковым ручейком.

— Спи. — Я улыбнулся. — Спи, Елиз. Завтра у нас будет время поговорить.

— Меня мама называла Елиз. — Она неожиданно села, обхватила себя руками, закричала сквозь брызнувшие слёзы. — Мамочка! Моя милая мамочка! — У девочки начался отходняк.

Рахиль влетела в спальню, готовая увидеть совершенно другое. Но кроме бьющейся в истерике на моих руках девочки другого она не увидела. Истерика продлилась довольно долго. Я не давал ей лекарства, как советовала Рахиль, давая девчонке проплакаться, прокричаться. А потом, уложил её, бессильную, обратно в кровать, поправил задравшуюся рубашку, укрыл одеялом. И поцеловал в бархатную щеку. А лекарства пусть европейцы едят пригоршнями, глуша свои чувства, ощущения. У нас, русских, всё натюрель. Даже безумие. Как в моём случае.

***

Клаус пришёл поздно вечером. Устало упав на высокий табурет, он вытянул ноги в грязных ботинках. Опять гонялся по кустам, саванне за этими бандитами и прочими, что угрожают безопасности компании. Война вползала в страну, втягивая не только местных, но и европейцев, которые вели тут бизнес. А так как он просидел в Африке уже приличное время, то был важным кадром.

— Мне уже сказали. — Он опрокинул стопку, заглотил лимон. Привычки мои становились его. — Привёз себе малышку?

— Не так всё просто. — Я подтянул пачку документов. — Ребёнка продавать?

— Тут это норма. — Он покачала головой. — Но это уже твои проблемы. У нас на это закроют глаза. А что дальше, тебе решать. Ей всего четырнадцать.

— С половиной. — Я пролистнул паспорт. Елизавета по паспорту была Мелисой и въехала четыре месяца назад.

— Перезрелок для вступления в брак. — Клаус сполз с табурета. — Ты давай отдыхай. А завтра приходи вечерком к нам. Оттянемся.

— Конечно, приду. — Я обнял его. — Ты бы не носился со спецназом бы по Африке. Поберёгся.

— Ещё немного осталось. Через четыре месяца кончается контракт. — Он устало усмехнулся. — Завтра поговорим.

Гроза в Африке это буйство стихии во всём своём великолепии! Извилистые молнии, выкрашивающие всю природу в фантастические цвета, потоки воды, бьющие по голове, так словно ты попал под струю пожарного шланга, потоки воды, жёлтые, бурлящие, . . .

уносящие с собой не только всё, что плохо лежит, но и зазевавшихся людей, животных. Одним словом — стихия. Под утро налетела именно такая гроза. Я приоткрыл глаз, посмотрел на фиолетово-неоновые вспышки, опять сомкнул глаза. Сон это то действо, которое нужно доводить до конца, не обращая ни на что внимание. Если нет ничего экстраординарного. А экстраординарное само приходит. В спальню влетела Елизавета, рванула простыню на мне, нырнула ласточкой под неё. Я тут же проснулся. Во-первых, я лежу голый. Во-вторых, она тоже, только в этих узких красных трусиках, ставшими коричневыми в свете молнии. В-третьих, у меня просто утренний стояк. И мне не хотелось бы вот так. Короче, я проснулся, сжался, пытаясь со сна сообразить, что делать.

— Мне страшно. — Она обхватила меня, прижалась своим первым номером к моему боку, дрожа мелкой рябью. — Я боюсь.

— Ты. — Мне надо было как-то прикрыть торчавший член. — Ты погоди. Дай одеться.

— А ты голый?

— Она подняла голову. — Ой! — И выскочила из спальни.

Натянув шорты, я двинулся к ней, решив поговорить о страхах и о внезапных заскакиваниях в спальни. Она уже натянула на себя ночную рубашку и мою рубашку и сидела, сжавшись в комок. Нет, дурочка, ругать я тебя не буду.

— Елиза. — Я сел на край кровати. — Пойми, я взрослый мужчина, а ты маленькая девочка. У меня уже могла бы быть такая же дочь.

— Андре, прости. — Голос дрожал, как и она сама. — Я так испугалась. Я боюсь молний. Дядя. — Она отвернулась. — В первый раз пришёл ко мне, когда была такая гроза. — Она не девственница? — Я сопротивлялась, откусила кусок уха, и он избил меня. После чего только бил, но больше не приставал. Очевидно, хотел продать дороже.

— Ладно. — Я подсел ближе, обнял её. — Не бойся.

— Я не боюсь. — Какое у неё жаркое тело! — Я тебя не боюсь. Я тебя люблю.

— Во, как! — Я усмехнулся. Девичья любовь это да. Что-то!

— Не смейся. — Она подняла на меня глаза. Что в них мне не было видно, но я понимал, что в них, наверно, бушевали страсти. Юношеские страсти, когда-то выбивавшие меня из окружающей меня действительности. — Я буду твоей рабой до конца жизни.

— Рабынь мне не надо. — Я уложил её рядом, обернул одеялом. За окном рвались не снаряды, бомбы стихии. — Я не работорговец.

— Я буду женой. Хорошей женой. Верной женой. — Она ухватила меня за руку, прижала к своей щеке. — Буду только твоей. Ты будешь первым и единственным. — Откуда в её голове такая крепко засаженная мысль? — Я там. Думала, много думала. Но решила, что доберусь до дома. Там выйду замуж за одного мужчину. А если он и умрёт, то потом не выйду замуж. Как моя мать.

— А что твоя мать? — Максим успокаивался, но всё равно торчал видимым бугорком, отчего ноги приходилось держать в полусогнутом положении.

— Она сошлась с отцом. Прожили вместе шестнадцать лет. А потом она умерла. А я ему мешала. Он привёз меня сюда и бросил. Как ненужную вещь. — Она заскрипела зубами. — Но ты меня спас. Ты мой мужчина. И я буду только твоей.

— Ладно, раба страсти. — Я поцеловал её куда-то в висок. — Поворачивайся на бочок, закрывай глазки и спать.

— А ты не уйдёшь? — Прямо детский вопрос.

— От тебя? Нет! — Я погладил её по плечам, волосам как можно нежней. И не для того, чтобы Максим . . .

завозился вновь, оживая, а чтобы успокоить её. — Ты же моя раба?

— Ну. — Она толкнула меня в руку лбом, повернулась, показывая в полутьме изгиб бедёр, тонкой талии. — Не надо так. Я серьёзно.

— Спи! — Я сполз вниз, но не повернулся к её спине лицом. Максим тут же толкнул бы её в спину. А мне этого не хотелось. Вернее, как бы мне не хотелось бы её тела, ограничения должны быть! Она ещё ребёнок.

***

Анжеле я не дал даже поставить сумку в прихожей. Скрутив юбку-карандаш на пояс, я снял с неё трусы, освободился от брюк. Она ойкнула, упёрлась руками в косяк двери, оберегая себя от ударов о край. Максим ворвался в ещё сонную пещерку, властно раздвинул все преграды, заставляя Анжелу охать от неожиданных ощущений. Удерживая её на весу, я драл её что было мочи, просто вливая в неё все мои ощущения последних недель, проведённых с Елиз. Эта чертовка, а по-другому нельзя назвать это красивое существо, планомерно соблазняла меня. То появится полуголой, то забудет закрыть дверь в ванную, то просто подойдёт с вопросом как мне вот этот набор нижнего белья, то просто завалится ко мне в кровать, смотреть со мной фильм на русском. Прижмётся так к тебе, положит голову на грудь, щекоча своими красивыми волосами щеку, и лежит, словно собачка, беззвучно, терпеливо. Но она-то, не собачка, а я не евнух. Отчего Рахиль оставалась очень даже довольной. Появившаяся женщина в нашем кругу, позволяла ей заполнять свободное время, проводя его с Елиз, болтая о том о сём, ходя с ней по магазинам. Клаус выделил для них охранника и машину. Теперь он мог позволить себе это, взлетев сразу на должность начальника службы безопасности представительства компании в этой дружественной африканской стране. Рост по карьерной лестнице заработанный и головой, и ногами. Анжела подвывала, ёрзала, дёргалась, словно рыба на крючке, а Максим продолжал эту операцию по прокладке туннелей, зачистке стенок туннелей. Без остановок, без передыха, но до тех пор, пока не раскрылись краны внутри меня, и в обмякшую Анжелу не полилось всё, что накопилось за последние пять дней. Рахиль не могла в эту неделю, оттого поездка в головной офис вышла очень кстати.

— Ты просто какой-то монстр. — Душ прекратил плеваться, выпуская меня обратно в мир сухих простыней, жаркого женского тела, запахов любви. — Из тебя столько каждый раз!

— Так и скажи. Сперма. — Я поцеловал её в губы. — Не стесняйся. Скажи. Сперма.

— Сперма. — Прошептала она. — Хуй!

— Да. Хуй! — Это слово по-русски она выучила быстро, с первого раза запомнив. — Ты давно женщину не любил? Хуй?

— Давно. — Ага, так и скажу, что только неделю назад.

— Знаешь, Андре. — Она повернулась ко мне лицом. — Я уезжаю. Через две недели. Компания сокращает представительство. И, похоже, сворачивает тут бизнес.

— Да? — Новость не очень, конечно, но ожидаемая.

— Я оставлю тебе адрес. — Она устроилась на моём животе, рассматривая моё лицо. — Ты, как кончится контракт, приезжай. Я буду скучать. У меня не было такого вот мужчины.

— Сексуального монстра? — Я усмехнулся.

— Нет, правда. — Она засуетилась. — Правда. Приезжай. Будем жить.

— Конечно, будем жить! — Я улыбнулся, притянул к себе. — Регулярно.

— Ой! — Она захихикала от моих губ уже обхвативших её грудь. — Щекотно!

— А что ещё будет? — Я дурашливо изумился, опрокидывая её на спину. До восемнадцати лет Елизавете ещё два года. И эта два года мне сидеть в этой стране безвылазно. (Специально для — ) . . .

Куда бы я не сунулся, везде были бы вопросы. Ребёнок-то несовершеннолетний. В Африке бы на это закрыли бы глаза, а вот в Европе или России — вряд ли. Я подожду до восемнадцати лет. Подожду. Зажму зубы, завяжу на узел и подожду. Я же не педофил!?

Возвращался я на базу в спокойном и умиротворённом состоянии. Даже изменение маршрута не очень взволновало меня. Покрутившись где-то между гор, вертолёт неожиданно для меня приземлился на совершенно незнакомой площадке.

— На базу было совершено нападение. — Мужчина в камуфляже говорил быстро, не заботясь понимают ли его или нет. — Всех эвакуировали. Вам следует отправиться к ним. Там конвой. — И уже к своим. — Грузите раненых! — Вот так я попал в то, к чему меня готовили в ВДВ — в зону боевых действий.

Конвой тащился по джунглям, проскакивая небольшие рощицы, пробивая широкие просторы равнин заполненных травой чуть выше пояса. Самой опасной для нас травой. В такой траве можно легко спрятаться, а потом только выныриваешь и можно даже не прицельно стрелять. Если в засаде больше десяти человек. А африканцы, как правило, любят массовость. Или просто их слишком много? Но как бы то ни было, я сидел внутри колёсного бронетранспортёра, наматывающего африканский материк на колёса. Парень из России, уклонившийся от разговоров, вместе с тем, посадил рядом с собой, сказав только одну фразу «тут безопасней». Кроме безопасней, отсюда открывался красивый вид через стёкла. На одной из развилок конвой встал, встретив другую колонну. В ней были раненные. Я тут же вызвался вылезть из металлической коробки и сесть сверху «на броню». На меня посмотрели как на дурака, молча отвели к другой машине, сунули бронежилет, каску. Русский легионер, как бы походя, проходя мимо, сунул в кузов калаш с двумя магазинами. Спасибо дружище. И ничего, что автомат венгерский, а патроны китайские. Главное, это не пистолет. Но всё обошлось.

На въезде в лагерь нас осмотрели, сняли с меня бронежилет, каску, сказав что-то вроде уж больно прыткий я, пустили внутрь. Неся на плече сумку, сползающий автомат, я пробирался через небольшую толпу встречавших этот конвой. Такой интернационал на территории военного лагеря французских легионеров. И среди этого пёстрого, по-африкански красочного буйства красок, эмоций, васильковое пятно рванулось ко мне, раскинув руки.

Она прыгнула на меня, обвила ногами, руками, зарылась лицом мне в шею, что-то быстро бормоча. Трудно различимое, страстное, уводящее в совершенно другие дали твои мозги, твои ощущения, твой член.

— Я так боялась за тебя! — Это она шептала на ухо, уже когда я вышел из толпы с ней на руках. — Я так боялась! Так боялась! Опять потерять. Нет.

— Живой. Ничего не случилось. У вас-то как было? — Я поставил её на землю, поцеловал в губы. Какие они сладкие! Сочные, сладкие губы юности.

— У нас всё в порядке. — Она прикрывала рот пальцами, трогая только что поцелованные губы. — Рахиль, я в одной палатке. Пошли! — И чуть отойдя. — Поцелуй меня ещё раз?

— В губы? — Она отклонилась в сторону, не давая мне целовать щеку. — Ты хочешь в губы?

— Да. Как только что. — Она подтянулась на цыпочки. — В губы.

— Хорошо! — Я приобнял за плечи, ласково поцеловал в губы. Простой поцелуй, без сексуальных игр, касание мягкими, нежными губами других губ. — Так?

— Ты вернулся. — Она прижалась ко мне и не отпускала, пока мы не вошли в палатку, где на койке сидела Рахиль.

— О! — Рахиль поднялась, обняла меня, поцеловала. — Как же ты узнала, что он едет? Она . . .

прям за десять минут стала говорить, что ты скоро тут будешь. Приедёшь. И пошла встречать.

— Чудо. — Я поцеловал Рахиль. — Давайте расскажите, что произошло. — Автомат встал к коробке выполнявшей роль тумбочки. — Тут пока меня не было, столько всего произошло.

Вечером, поев в столовой лагеря, мы завалились спать. Сдвинули, кровати, соорудив один большой лежак, и рухнули на него. Елиз заснула быстро, скрутившись под своим одеялом клубочком, мы с Рахиль лежали, обнявшись, под другим одеялом, тихо шепча друг другу на ухо. Не хотелось будить девочку, к тому же некоторые слова она не должна была слышать.

— Знаешь, я беременна. — Рахиль поцеловала меня за ухом. — Ты когда последний раз поехал по своим площадкам, мы с Клаусом ходили к тому озеру. И там мы на таком дереве

— Знаю, ветки у него как корни — на землю опираются?

— Да, там. — Она вздохнула. — Я так рада.

— А он знает?

— Нет, ещё. Но для тебя это лучше.

— Почему?

— Не догадался? — Она усмехнулась, запустила руку в шорты. — Несколько недель будет кончать в меня, а не в мой рот и ладони.

— Ладно. — Максим зашевелился. — Давай спать?


09:46 06.06.2019



Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки:



Отблагодарила

Отблагодарила

— Милая, й-это я! Т-твой законный супруг. — голос за входной дверью звучал глухо, но было понятно что мой драгоценный провел вечер на «ура». Ну да, я ведь ему сама разрешила встретиться с сокурсникам...
Меню диеты ангела

Меню диеты ангела

Столь благозвучное название скрывает под собой довольно жесткую диету. Возможно, она была названа именно так, потому что для соблюдения этой диеты нужно по-настоящему ангельское терпение. Длительно...
Октоберфест - всемирный пивной фестиваль

Октоберфест - всемирный пивной ф...

Знаменитая на весь мир третья суббота октября в Мюнхене посвящается пиву. Пивной фестиваль начал проводится с 1810 года. Тогда были организованы празднества по случаю бракосочетания принцессы Терезии ...
Отходы в доходы

Отходы в доходы

Одним из важных аспектов проблемы экологии на сегодняшний день является утилизация отходов. Ежегодно город с населением около 1 млн. чел. выбрасывает до 0,4 млн. тонн твердых бытовых отходов. Колич...
Вкусные рецепты: Яблочные коржики, Шоколадные кексы с белым шоколадом и ромовой вишней, моя любимая творожная запеканка с клюквой

Вкусные рецепты: Яблочные коржик...

Яблочные коржикиСлегка промаслить противень(я не смазывала). В миске смешать муку,соль,разрыхлитель и сахар,добавить масло,растереть руками в однородную крошку,затем постепенно вливая молоко, замесить...
Как сделать электронную книгу? Программа STDU Converter

Как сделать электронную книгу? П...

Я уже касался в одной из статей темы создания книг в электронном формате. Я писал о программе Solid Converter PDF. Теперь рассмотрим программу STDU Converter, с помощью которой можно легко и быстро пе...
Медицина и здоровьеНаука и образованиеБизнес и финансыОборудование и техникаСтроительство и ремонтКультура, искусство, историяЕда, рецептыITПутешествияСемья, дом, детиИнтимная жизнь
Популярное:

О портале:

Наш портал является ресурсом, который включает в себя широкий список информативных и отличных статей. Абсолютно каждый гость найдет для себя что-нибудь полезное. Модернизированный дизайн позволяет вам быстро находить требуемую информацию. Самые разнообразные тематические статьи дают возможность вам совершенствоваться в той или иной сфере. Быть более начитанным и грамотным. Современный дизайн сайта позволяет просматривать статьи на всех существующих планшетах. Теперь найти подходящую информацию стало совершенно легко.

Мы собрали для вас информативные и отличные статьи. На нашем портале вы найдете ответы на интересующие вас вопросы. Стандартная система поиска позволяет вам стремительно отыскать нужную информацию. Адаптированный дизайн позволяет вам просматривать информацию на абсолютно любых электронных устройствах. Теперь, поиск необходимой информации будет занимать у вас секунды.